Сейчас:
-2
переменная облачность
Завтра:
0
сильная облачность

экстренные службы

112

Категории

История 5 Исторические районы Гатчины 11 Легенды Гатчины 5 Знаменитые люди Гатчины 5 Утраченная Гатчина 3 Достопримечательности 21 Все категории

Знаете ли вы, что:

в Гатчине впервые в России были опробованы междугородная телефонная связь, уличное освещение и другие блага, ставшие в наши дни обыденностью.

Приоратский парк и дворец

В композицию гатчинского комплекса органично включен дворцово-парковый ансамбль Приорат, занимающий площадь 154 гектара. Приоратский парк - своего рода малое южное крыло комплекса, противоположное большому крылу - Зверинцу. Не случайно территория, освоенная под парк, с середины XVIII столетия использовалась как охотничье угодье и называлась Малый Зверинец.

В 1797-м - начале 1798 года, возможно по проекту В. Бренны, решили превратить Малый Зверинец в парк, придать ему соответствующую планировку. Однако ограничились формированием небольшого пейзажного района по берегам Черного озера. В феврале 1798 года под наблюдением садового мастера Дж. Гекета начались работы: углубляли озера, обрабатывали склоны и береговую полосу, а также прокладывали дороги к месту строительства Приората.
Земля, поднятая со дна озера и полученная при архитектурной обработке берега, была использована для устройства двух искусственных островков и «приращения высоты» западного берега, который приобрел вид холмистой гряды. Частично изменили и благоустроили район парка, связанный с Филькиным, или, как его также называли, Глухим озером. Это было вызвано тем, что здание Приората намечалось возвести именно на перешейке между двумя озерами. Выбранное местоположение раскрывает основной принцип романтического художественного замысла: создать уединенное, подчеркнуто простое строение, окруженное водой и лесом. Здесь явственно прослеживается преемственность с темой «эрмитажей» - регулярных садов, окруженных рвами с водой, или павильонов между прудами (Эрмитажи в Петергофе и Царском Селе, дворец Марли в Петергофском Нижнем парке). Но «эрмитаж»-хижина философа, монаха или отшельника - трансформировался в Гатчине в подобие небольшого католического монастыря или игуменства-поместья его настоятеля-приора (итальянок, prior-первый, старший).
Пруды геометрической формы уступили место озерам с естественными очертаниями.

Но скрытый в лесной «глуши» дом приора Приорат вместе с тем вертикалью башни и шпиля возвещал, что здесь находится резиденция одного из высших пастырей воинственного духовного рыцарского ордена. Первоначальную композиционную концепцию Приоратского парка развили в середине XIX века. Начиная с 1840 года в течение семнадцати лет система извилистых пейзажных аллей была значительно увеличена и усложнена.

В 1845-1846 годах по всему периметру Приоратского парка насыпали земляной вал высотой более метра и засадили его липами. Получилась природная линейная ограда-рама, окончательно определившая границы парка. Через три года у двух входов построили караулки в «швейцарском стиле». На территории парка создали разветвленную дренажную систему, что позволило осушить заболоченные места и посадить на них деревья. Только в 1857 году было посажено две тысячи деревьев.

Новые элементы в планировке Приоратского парка появились в 1886-1889 годах. В это время провели «шоссирование» дорог протяженностью около семнадцати километров, максимально улучшив их для прогудок верхом и в колясках. Черное озеро тщательно очистили от накопившихся в нем осадков, упорядочили дренажную сеть и проложили водопроводные магистрали. Учитывая, что Приоратский парк был единственным открытым для посещения обывателями города, в нем расставили скамейки, сделали небольшие деревянные мостики и устроили пять входов. Все они имели одинаковое архитектурное решение. Металлические решетки крепились к каменным столбам с небольшими стенками. На массивных столбах установили чугунные фонари-торшеры.

У каждых ворот помещалась сторожка, построенная из красного кирпича с декоративными деталями из грубо обработанного камня.

Последовательно совершенствуя изначальную идею, садовые мастера создали замкнутую гармоничную пейзажную композицию, ориентированную на Приоратский дворец.

В наше время западная, южная и часть восточной границы Приоратского парка охвачены полукольцом Балтийской и Варшавской железных дорог, которые в 1854 и 1872 годах подступили к парковому массиву. На значительном протяжении восточная парковая граница соседствует с городской застройкой, формирующей Чкаловскую (бывшую Люцевскую) улицу.

Вытянутая с севера на юг территория Приоратского парка связана с дворцовым ансамблем через Большой проспект - главную городскую магистраль - и площадь Коннетабля узким зеленым «перешейком». По этому «перешейку» от каменного моста на проспекте начинаются аллеи, с двух сторон огибающие Черное озеро и «завязанные» у Приоратского дворца. Эта самая старая, малая, петля аллей является планировочным модулем для большой петли, которая охватывает всю площадь парка и включает сеть внутренних дорог, взаимосвязанных друг с другом.
Большая петля начинается от площади Коннетабля дубовой аллеей, расходящейся в виде двух лучей. Восточный луч продолжается дорогой, которая огибает восточный берег Филькина (Глухого) озера и далее идет по контуру парка. Западный луч начинает собой дорогу, почти параллельную одноименной границе. Начав прогулку по любому из лучей, путник непременно вернется к исходному пункту. В большое кольцо вписано шесть дорог.

В пейзаж парка включены две поперечные и две продольные широкие просеки. Помимо зеркала двух озер в композицию входит водовод, пересекающий почти весь парк. Самоназвание этого водовода «Канал из озера Колпанское в озеро Филькино, или Глухое» говорит о том, что он имеет верхний и нижний створы и является главной водной магистралью, питающей всю систему озер комплекса гатчинских парков. 

Пейзаж Приоратского парка привлекал густым массивом лиственных и хвойных посадок, иллюзорной бесконечностью плавно изгибающихся дорог. Самые эффектные пейзажные мотивы связаны с восприятием Приоратского дворца. Вид на него открывается со стороны Черного озера и по мере приближения с каждой из прибрежных аллей. По холмистой возвышенности над западным берегом озера шла также аллея, открывая верхние точки обзора местности. Слитность природы и архитектуры в Приоратском ансамбле была настолько совершенна, что он стал символом загадочно-романтической Гатчины. Характеризуя парк, В. К. Макаров писал: «Парк прост и величественен, как нарочито просты и суровы линии самого игуменства» белеющего между красноватыми стволами столетних сосен».

В годы оккупации Гатчины Приоратский парк пострадал более всех других частей гатчинского комплекса, понеся огромные потери зеленого массива, дорожной сети, малых архитектурных форм. Пострадали гидротехническая система и дворец. В послевоенный период на территории парка проведены посадки деревьев и первые реставрационные работы. Однако парк еще далек от того состояния, которое отвечает его художественному значению и только отдельные частности воскрешают воспоминания о былом великолепии. К счастью, несмотря на жестокие удары времени, уцелело архитектурное сердце ансамбля - уникальный Приоратский дворец.
Название дворца, восходящее к старинному монастырскому и рыцарскому должностному чину, связано с примечательным историческим событием - принятием Павлом I в 1798 году титула главы-гроссмейстера, или великого магистра, духовного рыцарского ордена Иоанна Иерусалимского (второе название - орден госпитальеров). Члены ордена, основанного в XII веке, в период крестовых походов в Иерусалим, в начале XVI века захватили небольшой остров Мальта в Средиземном море, где владычествовали до 1798 года и откуда их изгнали войска революционной Франции. К этому времени в России находилось немало эмигрантов-монархистов, покинувших Францию после 1792 года, когда там свершилась Великая буржуазная революция. Одним из руководителей монархистов являлся принц Конде. Его загородную резиденцию Шантийи посещал Павел, еще будучи наследником престола. Конде был приором Мальтийского ордена. Поэтому в начале 1797 года в России было учреждено «великое приорство». Для капитула ордена в Петербурге отвели бывший Воронцовский дворец, встроив в него по проекту Дж. Кваренги в 1798-1800 годах православную церковь и возведя рядом католическую капеллу. Одним из главных декоративных элементов этих сооружений был восьмиконечный Мальтийский крест, концы которого имеют очертания ласточкина хвоста.

Павел I всемерно подчеркивал особое отношение к своему титулу и положению гроссмейстера. Об этом напоминает портрет императора, написанный Тончи, где он изображен в мантии, с короной, увенчанной Мальтийским крестом, и таким же большим крестом на груди. Закономерно, что наряду с представительством Мальтийского ордена в столице Павел пожелал, чтобы в его любимой загородной резиденции Гатчине появился дворец для принца Конде - приора рыцарского ордена.

Проектирование поручили Н. А. Львову. Выбор оказался удивительно удачным. Львов, исключительно одаренный и образованный человек, проявивший себя как литератор, художник, поэт, музыкант, технолог, смог поднять обычную постройку до высоты вдохновенного романтического творения.
С исключительной точностью было выбрано место для белостенного здания - на 150-метровом перешейке между двумя озерами, который находится на самой нижней отметке окружающего рельефа. Такое расположение, в своего рода визуальном фокусе панорамы, с наибольшей полнотой позволило многопланово обозревать миниатюрный ансамбль. В композиции здания Львов особое внимание обратил на пластичность общего решения и добился гармонического сочетания контрастных объемов, связанных единством плана. Дворец состоит из основного корпуса и скомпонованной с ним башни, как бы вырастающей из общего массива. Благодаря разновысотности примыкающих друг к другу четырех объемов создается своего рода ритмическая игра, которую подчеркивают вертикали дымовых труб, шпиля и высокие с крутыми скатами кровли.

Но это не приводит к дробности, разнобою. Вся композиция отмечена исключительной цельностью и единством, необходимостью каждой части и детали. Компактность дворца и его архитектурного и природного окружения создает иллюзию, что он находится на островке, это давало образную перекличку с островом Мальта - оплотом рыцарского ордена.

Главный, западный, фасад дворца обращен к Черному озеру; он монолитно соединен с подпорной стеной из пудостского камня, развернутой на 327 метров и акцентированной по краям рустами. Отрезок подпорной стены, совпадающий с фасадом, укреплен четырьмя контрфорсами, которые конструктивно усиливают прочность сооружения и одновременно придают ему черты фортификационного строения. Над левой частью подпорной стены возвышается двухэтажный объем с высокой четырехскатной мансардной кровлей. В каждом этаже его по три окна. Им соответствуют три окна мансарды. На простенке между вторым и третьим окнами второго этажа был прикреплен большой черный металлический герб Российской державы - двуглавый орел, грудь которого украшал белый Мальтийский крест. Этим знаком в равной мере отмечалось назначение здания и представительность лицевого фасада.

К двухэтажному объему примыкает одноэтажный, с одним окном и отдельной кровлей. Рядом с ним, несколько в глубине, расположен третий объем, тоже одноэтажный, составляющий восточную часть здания. В углу между этими одноэтажными частями помещен навес главного входа, который поддерживается низкой большого диаметра колонной дорического ордера с плинтом и капителью из пудостского камня. В объемно-пространственную композицию главного фасада включена высокая кровля четвертого объема здания, обращенного в северную сторону. Над всем строением вознесена каменная пятиярусная восьмигранная башня, завершенная коническим шпилем, шаром и флюгером. Стройность башни подчеркнута рельефными поясами кладки, выявляющими восьмигранник каждого яруса, и удлиненными прямоугольными проемами окон на гранях венчающего яруса. Поднятая на высоту почти тридцати одного метра башня придает объему и силуэту дворца особую выразительность.

Богатый по пластике, ритмическим и линейным очертаниям главный фасад рельефно выступает на фоне окружающих деревьев и зеркально отражается в глади озера.

Примечательно, что дворец не только зрительно, но и функционально связан с Черным озером: в подпорной стене сделан проем-вход на маленькую пристань.

Восточный фасад обращен ко двору и воротам. Он трактован как сочетание двух объемов - двухэтажного на пять прямоугольных оконных проемов и одноэтажного. Они завершаются высокими кровлями, большей и меньшей длины по коньку, что отражает разновеликость двух связанных между собой объемов здания и разбивает монотонность гладкого фасада.

Одноэтажный объем, который является восточной частью дворцового здания, весьма своеобразен. Он решен как пятигранник, в котором лицевую сторону образуют три более узкие грани, а боковые - более удлиненные. Каждая сторона прорезана высокими, почти во всю высоту стены, оконными проемами со стрельчатыми завершениями, подчеркнутыми рельефным сандриком аналогичного рисунка. Это придало восточной части дворца отдаленное сходство с готической капеллой и определило ее название - Капелла, хотя здесь никогда церковная служба не велась.
Северный фасад дворца смыкается в одну линию с оградой и возвышается над подпорной стеной двумя этажами с четырьмя окнами в каждом. Он завершен карнизом с модульонами, который идет по периметру всего здания, являясь архитектурно-декоративным элементом всех фасадов. Скат кровли северного фасада оживлен тремя мансардными окнами. В отличие от главного фасада одно из них выделено из общего ряда во второй ярус. Такое нарушение симметрии привносит оживление в подчеркнуто рациональную трактовку облика здания.
Северный фасад, словно вырастающий из озера, решенный единым блоком, по-своему оригинален. В этом кроется одна из тайн привлекательности облика Приората, в котором нет повторов и каждая точка обзора рождает ощущение новизны восприятия.

В силуэт здания особую ноту вносили завершения кровли - пять шаров на концах коньков и девять дымников с флюгерами над печными трубами. Этот аккорд шаров и флюгеров завершался как бы плывущим в облаках шаром и флюгером башни.

Интерьеры Приоратского дворца логично вписаны в его объемы. В первом этаже находится шесть помещений. Четыре из них имели парадное назначение. Главный интерьер - так называемая «шестиугольная» (она совпадала с одноэтажным объемом западной части здания) и два одинаковых квадратных помещения-«комнаты напротив шестиугольной», с шестью окнами, и «комната угловая», с пятью окнами. На втором этаже, куда вела каменная в двадцать четыре ступени лестница, было также шесть комнат, из них две - парадные. Они точно соответствуют по размерам и планировке интерьерам, находящимся под ними. Повторялись даже наименования. Высота комнат в обоих этажах практически одинаковая - в среднем 3 метра 75 сантиметров. Достаточная высота и площадь в сочетании с большой освещенностью придают дворцовым интерьерам подчеркнутую соразмерность и уют. При всей сдержанности решения внутренних помещений Приората в них была и определенная представительность: декорированные искусственным мрамором стены, оконные коробки и откосы с различной расколеровкой. В трех помещениях потолки имели столярную декоративную обработку в виде кессонов различной геометрической конфигурации - квадраты, треугольники, прямоугольники. Каждый кессон заполнялся резной розеткой с шаром, который в документах называется «репей». Декоративность потолков усиливалась цветом - разным в каждом интерьере - и позолотой рельефных деталей.

Из второго этажа можно было подняться на чердак и оттуда по особой лестнице выйти на открытую галерею с балюстрадами, ведущую в башню.

Меблировка интерьеров Приората производилась под руководством и, возможно, по проектам Н. А. Львова. В обстановке преобладали мебель красного дерева с золочением и настольные осветительные приборы с хрустальными подвесками. Судя по описи мебельного убранства Приората, оно было типичным для русского художественного интерьера конца XVIII столетия и во многом походило на обстановку комнат Гатчинского дворца.
Особый интерес являла собой сложенная из парицкого камня башня. В восьмигранный объем высотой до крыши семнадцать метров, со стенами толщиной более семидесяти сантиметров вписана винтовая лестница, состоящая из восьмидесяти восьми ступеней. По ней поднимались на пятый ярус, откуда из окон открывалась панорама Приоратского и Дворцового парков.

Площадка, на которой возвышается Приоратский дворец, с трех сторон была охвачена оградой, которая защищала небольшой двор перед западным и южным фасадами. Массив стены укреплен ритмично расставленными контрфорсами. На южной стороне ограды находятся ворота. Они фланкируются двумя высокими пилонами-сторожками. Сторожки завершаются профилированным карнизом и полуциркульными стрельчатыми фронтонами, вторящими очертанию перекрытия. Углы сторожек выявлены рустами. Даже малым архитектурным формам Н. А. Львов стремился придать монументальность. Каждая сторожка со стороны двора имела дверь, одно из двух окон находилось на лицевом фасаде, второе было обращено к воротному проезду, что позволяло одновременно наблюдать за приближающимися ко дворцу.

В юго-восточном углу ограды Приората находится небольшое здание, частично заглубленное в земляной склон. Разновысотность двухскатных кровель выявляет, что оно состоит из двух объемов. Действительно, имеющее общие стены и вход строение состоит из двух помещений - кухни и служб. Как во многих загородных павильонах, пища готовилась в отдельно стоящих зданиях, а разогревалась непосредственно перед подачей в кухне на первом этаже Приората. Зодческая одаренность Львова проявилась и в этой сугубо утилитарной постройке. Ее габариты рассчитаны таким образом, что она усиливает впечатление масштабности дворца.

В колористическом решении дворца и его окружения преобладает белый цвет стен и красный - кровель. Но к моменту его постройки цветовая палитра была значительно богаче. Сверкали позолотой шары и флюгеры на крышах, яркой окраске кровель отвечала черепица поверх ограды. Деревянные, выкрашенные охрой ворота были созвучны алому и черному цвету сорока одного столба, врытого вдоль ограды. Дорожка из красного толченого кирпича огибала дворцовое здание, еще более оттеняя белизну стен, желтовато-красноватый тон парицкого камня башни и серебристость пудостского камня. Возможно, что такое цветовое решение Львову подсказали красные и белые плащи, черные сутаны и кресты рыцарей и монахов Мальтийского ордена. Во всяком случае, такое колористическое сочетание придавало ансамблю мажорность и выделяло его в пейзажном окружении.
Приоратский дворец имеет еще одно название - Земляной дворец. Это второе его наименование раскрывает не менее примечательную, чем художественно-архитектурная, строительно-инженерную особенность здания. Дело в том, что дворец, стена и кухня построены Н. А. Львовым с применением «землебита» - прессованной и просушенной земли.

Это не было следствием прихоти заказчика или капризом архитектора. Львов прекрасно знал историю строительной техники, и в частности землебита, которая восходит еще ко временам Древнего Рима. В Америке и странах Западной Европы находились и сохранились до нашего времени здания, возведенные с применением прессованной земли. Интерес к землебитному строительству отразился в изданной в 1790 году книге архитектора Ф. Коантеро, описавшего технологию возведения подобных сооружений. Уже через четыре года эту работу в полном переводе получили русские читатели. Львов стал одним из наиболее активных и последовательных проповедников землебита, внедряя его самым широким образом в строительство и готовя для этой цели специальные кадры. Самым лучшим способом доказать прочность этого строительного материала и убедить в его достоинстве было выполнение «высочайшего заказа» в царской резиденции. Сначала в 1797 году вблизи Павловска по проекту Львова строят землебитную «хижину» для фаворитки Павла I фрейлины Е. И. Нелидовой. Затем в Гатчине проводится публичный опыт. По указанию архитектора за несколько дней возвели землебитную стену. Придворные дамы пытались продырявить ее зонтиками, а офицеры - разрушить палашами. Стена выдержала натиск, и Львов получил возможность без дальнейших задержек выполнить свой смелый замысел. В 1797 году были заключены контракты и составлены сметы, летом следующего года велось интенсивное строительство, в 1798 году шла отделка интерьеров. 15 января 1799 года Гатчинское городовое правление приняло законченный дворец, а летом его полностью меблировали.

Несмотря на обилие документов, только непосредственное изучение Приоратского дворца в связи с подготовкой реставрации позволило точно исследовать его конструкции и соотношение примененных материалов, главный из которых - землебит. Фундамент дворца сложен из известкового камня на известковом растворе на глубину около двух метров. Над ним идет каменный цоколь, образующий пояс до начала оконных проемов. Сверху проложен слой глины, смешанной с соломой, который служит до сих пор отличной гидроизоляцией. Выше идут стены, которые изготовлялись методом набивки: земля насыпалась в опалубку слоем не более 16 сантиметров, а затем прессовалась трамбовками, уменьшаясь в объеме в два раза. Этот уплотненный слой покрывался известью и прослойкой измельченного кирпича и превращался в основание следующего слоя. Так поднимались стены до высоты двух этажей. Чтобы обеспечить большую прочность и плотность связи землебитных частей и каменной башни, была запроектирована внутренняя кирпичная стена с декоративными нишами. Кроме того, по всему периметру здания на уровне перекрытий проложен пояс из кирпичной щебенки, а над ним - дощатая обвязка. Опорные концы балок подкреплены кирпичными вставками. Все эти и ряд других кирпичных и деревянных конструктивных элементов стали прочным каркасом для землебитных стен и обеспечили их необычайную выносливость.

Следует отметить конструктивные особенности подпорной стены. В данную часть ее основания горизонтально положены бревна диаметром 27 сантиметров, пропитанные особой каменноугольной смолой, изобретенной Львовым. Над бревнами идет ряд лещадных плит. На плитном слое сложены из блоков известнякового камня две стены - вертикальная задняя и наклонная передняя. Между ними засыпана забутовка - камень и известь. Поверх подпорной стены устроен изоляционный слой из глины, смешанной с соломой.
Из землебита были построены ограда, сторожки и кухня.

Приоратский дворец не стал летней резиденцией принца Конде - приора Мальтийского ордена. Долгие годы он служил обычным запасным гостевым дворцом, которым почти не пользовались, но тщательно сохраняли. В 1880-х годах для размещения в нем на летнее время придворных певчих дворец был реставрирован и частично реконструирован.

После 1917 года Приорат использовался в основном как дом отдыха, как районный краеведческий музей.

В 1941-1944 годах дворцу был нанесен существенный ущерб оккупантами. Проведенные в спешке консервационно-восстановительные работы не принесли долговременных результатов, и здание пришло в упадок. Только в начале 1980-х годов началась подготовка к капитальной реставрации. Ныне ее ведут специальные научно-реставрационные производственные мастерские «Росреставрация».

Н. А. Львов в свое время писал: «Земляное битое строение, как для удобности в постройке, так и для прочности своей, требует почти особого рода архитектуры, хотя простой, но в простоте своей довольно красивой и прочной». Слова зодчего полностью соответствуют истине: Приоратский дворец, образец высокой простоты и подлинной красоты, несмотря на непритязательность материала, выстоял и ждет часа своего возрождения.




Восстановление пароля

Войти на портал

Забыли пароль?

Регистрация на портале

Лицо


Пол

Обратная связь